egorius: (Default)

Neal Stephenson, «Anathem»

Второе произведение Стивенсона, до этого читал только прекрасный Криптономикон. Занятно, что книгу посоветовал на конференции в Москве товарищ из Новосибирска, с которым мы познакомились в Твери и который, как оказалось, бывал в Протвино.

Дело происходит в изрядном будущем на планете, напоминающей (как потом выясняется, неспроста) нашу. В свое время тамошние ученые чуть все не угробили, за что им надавали по ушам и загнали в монастыри. Но они и там не успокоились и периодически нарывались на истерику и погромы: осваивали термоядерный синтез и новую материю, развлекались с генной инженерией и учились управлять множественностью миров. И тут... ну вы поняли, начинается самое интересное.

На мой взгляд, это научная фантастика в самом лучше смысле этих слов. Она фантастика, с острым сюжетом и безумными поворотами. Но она и научная: обыгрываются разные течения мысли (хорошее знание истории философии не помешало бы; жаль, что это не про меня), многое крутится вокруг квантовой теории.

Помимо прочего, Нил отменно играет с этимологией, щедро вводя новые слова и показывая, как их написание и смысл менялись тысячелетиями. Читать бывает сложновато, но оно того стоит. Да, разумеется — только на английском, про перевод даже не стал узнавать.

Reticule: (1) In Proto-, Old-, and Middle Orth, a small bag or basket, netlike in its construction. (2) In early Praxic Orth, a gridlike network of lines or fine wires on an optical device. (3) In later Praxic and New Orth, two or more syntactic devices that are able to communicate with one another.

Reticulum: (1) When not capitalized, a reticule formed by the interconnection of two or more smaller reticules. (2) When capitalized, the largest reticulum, joining together the preponderance of all reticules in the world. Sometimes abbreviated to Ret.

Ita: (1) In late Praxic Orth, an acronym (therefore, in ancient texts sometimes written ITA) whose precise etymology is a casualty of the loss of shoddily preserved information that will forever enshroud the time of the Harbingers and the Terrible Events. Almost all scholars agree that the first two letters come from the words Information Technology, which is late Praxic Age commercial bulshytt for syntactic devices. ...

Еще какие-то кусочки на память:

I ... took out the cartabla and figured out how to use its interface. This took longer than I’d expected because it wasn’t made for literate people. I couldn’t make any headway at all with its search functions, because of all its cack-handed efforts to assist me.

But in the intervening hours, my brain had been changing to fit the new shape of my world. I guess that’s why we can’t do anything else when we’re sleeping: it’s when we work hardest.

Thousand of years ago, the work that people did had been broken down into jobs that were the same every day, in organizations where people were interchangeable parts. All of the story had been bled out of their lives. That was how it had to be; it was how you got a productive economy. ... The people who’d made the system thus were jealos, not of money and not of power but of story. If their employees came home at day’s end with interesting stories to tell, it meant that something had gone wrong... The Powers That Be would not suffer others to be in stories of their own unless they were fake stories that had been made up to motivate them.

These people cared about eternal truths. Believed that some — but not all — such truths were written down in a book. That their book was right and the others wrong. This much they had in common with most of the other people who had ever lived. Fine — as long as they left me alone.

You and I can think about things. Symbols in our brains have meanings. The question is, can a syntactic device think about things, or merely process digits that have no Aboutness — no meaning.

Consciousness is enacted in the physical world, on physical equipment... nerve tissue, or perhaps some artificial device of similar powers... what the Ita would call hardware. Yet Ataman’s premise is that consciousness itself, not the equipment is the primary reality.

And it happened all the time that the compromise between two perfectly ration alternatives was something that made no sense at all.

Следующая на очереди — Reamde.

egorius: (Default)

Иногда в кадр даже попадают человечки.

egorius: (Default)

Гризайль напополам с акварелью.

egorius: (Default)

Не пойму, как снимать в мороз. В перчатках неудобно, а без перчаток руки превращаются в тыкву.

egorius: (Default)

Два выходных и пара дней отпуска к ним — хороший формат.

 

egorius: (Default)

Позитива в ленту.

P. S. Доктор Веб, пользователем которого я уже много лет являюсь, с неделю назад заблокировал наш домен hardsign.com как рассадник вирусов. Отключение spIDer Gate, конечно, помогает. Не знаю, чем они там думают, и думают ли, но ситуация меня расстраивает.

egorius: (Default)

Упражнения с красным.

 

egorius: (Default)

Что-то давно картинок не было видно. А они есть.

 

 

egorius: (Default)

В ночь первого дня отпуска плохо спалось. Постоянно просыпался и в мутной полудреме пытался сообразить, какое распределение будет иметь случайная величина, равная числу чашек кофе, выпитых за день. Потом вроде сообразил, что биномиальное, но голова с утра была тяжелая.

Однако же пара чашек того самого напитка, запах соснового леса за высоковольткой, сто грамм и дождь за окном сделали свое дело — кажется, отпустило.

egorius: (Default)

Михаил Лаврентьев, «...Прирастать будет Сибирью» (1980 год)

Попалась на глаза книга Михаила Алексеевича Лаврентьева, академика, одного из причастных к образованию Новосибирского академгородка. В основном про науку, воспоминания и агитация молодежи, а мне было интересно узнать что-нибудь про сам город.

18 мая [1957 года] Совет Министров издал постановление... В нем было записано: «Организовать Сибирское отделение Академии наук СССР и построить для него научный городок близ города Новосибирска...»

Интересно, когда и кем было принято решение, что академгородок будет близ, а не в черте города?

В Новосибирске площадка под будущий академгородок была выбрана единодушно. Здесь нас устраивало все... Город делился на три зоны: институтскую и две жилые... Академгородок первым в Союзе строился по принципу микрорайонов... Это был прекрасно задуманный благоустроенный город примерно на 35 тысяч жителей...

Главная его красота — лес... Строители жаловались, что деревья им мешают, но были запрещены даже полные повороты башенных кранов, чтобы не повредить деревья. ... Пешеходные тропинки в лесу посыпались песком и гравием только после того, как жители «голосовали ногами» за оптимальные маршруты.

Со строителями все понятно, им только дай. Но вот что я не пойму: почему тогда людям, принимающим решения, было не наплевать? Не могу себе представить, чтобы сейчас где-то могли построить что-то, сравнимое с академгородком или Протвино. Деньги виноваты? Или просто всем по барабану?

Планирование и управление строительством велось на основе новейших методов...

Это очень смешно на фоне дальнейших рассказов о том, как приходилось воевать за стройматериалы и технику. Да и после Щедровицкого тоже смешно.

Кстати, о Щедровицком. Я все ждал, что может быть Лаврентьев скажет хоть что-то про трудности. Но нет, автор оптимистичен и ограничивается фразами типа конечно, нам не все удалось или хотя и не все шло так гладко, как проектировалось, но. Ни слова о проблемах: все типа жили одной дружной семьей и все было прекрасно.

Ну и в заключение стих про Михаила Романовича Шуру-Буру. Видимо, это судьба такая — попадать в стихи.

На уроках физкультуры
Не бывало Шуры-Буры,
И за это Шуре-Буре
Не бывать в аспирантуре.

А. Ефимов, «О языке пропагандиста» (1952 год)

Коллега [livejournal.com profile] shaplov поделился раритетом. Вот думаю теперь, не повесить ли над рабочим столом лозунг:

Русский язык мы портим. Иностранные слова употребляем без надобности. Употребляем их неправильно. ... Не пора ли объявить войну коверканью русского языка?

— В. И. Ленин

В целом осталось ощущение, что у автора раздвоение личности. Местами очень дельные мысли и советы, а местами — весьма посредственное (с точки зрения языка) восхваление великих вождей и учителей. Буквально в одном абзаце речь про использование синонимов, а в следующем — три раза подряд «великий». Скорее всего, автор — компилятор, причем довольно бездарный.

Зато книжку можно использовать как прививку от желания вернуть прежние времена.

Нил Шубин, «Внутренняя рыба»

Автор — палеонтолог, не чуждый генетике — подробно и занимательно разбирает историю происхождения человека чуть не от самых микробов. Кто бы, например, мог подумать, что икота досталась нам от двоякодышащих? Весьма интересная книга, правда все время хочется назвать ее «Внутренняя жаба».

egorius: (Default)

Идеальный дворик в представлении московских градостроителей: бетонное основание, вырвиглазные конструкции, по газонам не ходить и забор вокруг. Новостройка на месте снесенных пятиэтажек.

Идеальный дворик в моем представлении: деревья, качели, песочек, лавочка для бабушек. Протвино, конечно.

egorius: (Default)

Теперь про академика Ершова. Он как некая связующая нить, уходящая в прошлое, которую никогда не видел, но ощущаешь присутствие. Программирование и информатика, Школьный алгоритмический язык, Академгородок и Протвино. Он еще и стихи писал, оказывается. Они мне хоть и не нравятся, но все же (цитирую по Карлу Левитину, «Прощание с Алголом»):

Двадцать лет хожу я на работу
По тропе, проложенной в лесу.
Если мне господь послал заботу,
Я ее здесь с легкостью несу.

Всем живым заполнено пространство —
Птицы, белки, травы, дерева...
Жизни ход и жизни постоянство —
Той тропы заветные слова.

Так вот, нашел я эту тропу.

Там теперь указатели, не заблудишься. Непонятно, правда, почему до Института математики, ведь Андрей Петрович работал в Вычислительном центре. Впрочем, это недалеко.

И белку видел, да. А лес действительно красивый.

Про Протвино Ершов, кстати, тоже писал:

Темный бор скрывает зданий ряд,
Только крыш обрез горит закатом.
За бетоном физики сидят,
Устремляя взгляд в разъятый атом.

Из свела суровая пора
В этой край сосновый, сердцу милый,
Чтобы в гонке в глубину ядра
Удержать баланс ума и силы.

На пригорке церковь без креста.
И, тревогой старою объятый,
Я молюсь, чтоб эта красота
Навсегда осталась неразъятой.

На здании ВЦ интересная символика. Угадываются ферритовые сердечники, но расположены они почему-то так, как будто это дырки в перфоленте. Число 1000110 тоже достойно внимания и как бы намекает на семибитный байт. Хотя, говорят, у нас в те славные времена байт был шестибитным. И еще зачем-то график и разъятый атом на крыше.

Правда, тут выясняется, что Институт вычислительных технологий основан в 1990 году. Но верхняя вывеска-то явно старше. А где тогда настоящий исторический ВЦ?

egorius: (Default)

Завершив с чтением курса в Новосибирске, я воспользовался запасом времени до самолета и рванул в Академгородок.

Мне было интересно сравнить его со своим родным Протвино: оба наукограды, примерно одинаковые по размерам (можно пешком из края в край) и расположены в лесу. К тому же слова «СО АН СССР» с детства будоражили мое воображение: впервые увидел их на заставках каких-то программ для Ямах. Ну и как не вспомнить академика Ершова (впрочем, о нем отдельно).

В общем, не заехать в Академгородок не было никакой возможности.

Город состоит из множества институтов в открытом доступе и небольшой жилой зоны. Дома в основном пятиэтажные, хотя есть и повыше (не обошлось и без вездесущего «элитного жилья», обнесенного высоким забором). Города практически ровесники, Академгородок старше Протвино всего на несколько лет.

И действительно, кругом лес: березы, сосны — все в порядке, все как надо. После Новосибирска я за несколько часов отдохнул душой. Если жить в тех краях, то только в Академгородке. Но Протвино все равно лучше.

Кстати, Щедровицкий утверждал (в 1981 году), что Академгородок фактически погиб из-за своего расположения вдали от большого города (цитирую с сокращениями):

Люди туда бросились, захватили должности, места, получили академиков, членкоров и т. д. и установили там жесточайшую иерархию. Академик и членкор — целый дом; доктор — коттедж, поделенный пополам; кандидат — трехкомнатная квартира; сотрудник без степени — коммунальная с подселением.

Вот представьте себе: я младший научный сотрудник, я захожу в кафе, радуюсь, что мало народу и что меня быстро обслужат. А за мной вваливается компания из нескольких человек: директор Института математики академик Соболев, известные профессора такой-то и такой-то... И что делает официантка? Естественно, что она идет к ним, а я сижу нервничаю. В это время входит вторая компания, из Института ядерных исследований. Они продолжают обсуждать какой-то вопрос, столы сдвинули...

Было специальное социологическое исследование: почему молодежь оттуда побежала? Ответ был один: нет разницы между производством и клубом. Оказывается, что для нормальной жизни человеку обязательно нужны эти границы, чтобы клуб для него обязательно выступал как сфера компенсации. Вот я младший научный сотрудник. Но прозвенел звонок — я скинул халатик, рванул к себе [домой], мы [с коллегами] собрались в Сокольниках или пошли в кафе «Прага», выпили пива, играем на гитаре, песни поем, — и я — «первый парень на деревне». Так я уже могу работать младшим научным сотрудником достаточно долго: я компенсирован психологически, и личность моя не страдает. Если же это все происходит в маленькой деревне, где все всех знают и вся система должностей и рангов «опрокидывается» в клуб, то жизнь становится невыносимой, потому что оказывается, что есть люди первого сорта, второго, третьего и т. д. И куда бы ты ни пошел — если ты четвертого сорта, то так оно и будет. И нет просвета.

Не знаю, как они выкрутились из этой ситуации. В Протвино, к слову, тоже есть «Царское село» — коттеджи людей первого сорта. Но я не слышал о том, чтобы у нас проблема стояла настолько остро. Надо будет порасспрашивать.

egorius: (Default)

Удивительная штука, этот Постгрес.

Давным давно, прослушав в Универе курс Кузнецова по базам данных, напросился я стажером в Протвинский РДТеХ. Мне вручили талмуд «Oracle CASE*Method» про ER-диаграммы и моделирование, с которым я коротал время в электричках. А еще осваивал Oracle Designer/2000, и даже перевел с английского и прочитал учебный курс по этому чудо-продукту.

Разве мог я тогда предположить, что двадцать лет спустя РДТеХ будет читать наш курс по Постгресу?

А сколько городов необъятной родины довелось посетить за каких-то полгода, и в скольких еще предстоит оказаться? В ближайших планах Казань и Новосибирск.

Да и в самой Москве полно интересных мест. На конференции выступил (первый раз после Универа, ага). Предоставился повод навестить ВМК, а там суперкомпьютер «Ломоносов», от которого с улицы видна система охлаждения. Снова заглянул в Яндекс, где было прожито несколько сложных, но интересных лет. Опять же ГАИШ (будем себя хорошо вести, может и в телескоп дадут глянуть).

А ведь мог бы так и просидеть со своим OёBSом. Удивительная штука, эта жизнь.

egorius: (Default)

Такое вот странное получилось.

А так окошко выглядело в далеком 1992 году. Тогда у меня еще была куча растительности на подоконнике, а фотоаппарату я предпочитал карандаш.

Profile

egorius: (Default)
egorius

September 2017

M T W T F S S
     123
45678 910
1112131415 1617
18 19 202122 23 24
252627282930 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 07:17 am
Powered by Dreamwidth Studios